Новый век

Коль ты -спокоен, не растерян,
то до конца себе и в е р е н;

так твёрд — в победе и в несчастье,
ибо своей владеешь страстью…

Забыл ли ты как дивна отношений нить?
Что, сам не в состоянии любить?

Пускай строптив так Новый век,
но ты ж - свободный человек?

сколько лет я жил, все пытался рвать между нами нить.
ты терпела меня любого: провального и несносного,
пропахшего едким дымом, дешевыми папиросами.

я тебя убивал молчанием.
я боялся тебя любить.

ты улыбаешься мне — по нутру разливается кипяток,
моя девочка, я скала, дикий зверь, смешной дурак.
я давно ничего не чувствую, но ты смотришь так,
как с бирюзового неба смотрит один лишь бог.

и ты смотришь так, что видишь меня насквозь,
не устраиваешь сцен ревности, не задаёшь вопросы.
… показать весь текст …

я по тебе соскучилась,
ну здравствуй.
неделя проползла как на иголках.
вот ты, собой заполнивший пространство,
и осень,
и болезненная лёгкость.

почти без сна,
за час три чашки кофе,
ты жжёшь очередную сигарету.
поймав за хвост последний проблеск лета,
вникать в слова,
разглядывать твой профиль,
в блокноте что-то выводить курсивом.
… показать весь текст …

Автограф оставила ночь, и пугающей тенью
Скользнула в окно, намечая дальнейший свой путь.
Безрадостный сон предаю непременно забвению,
Позволив душевный покой невзначай всколыхнуть.
А стрелки часов так медлительны и безучастны
К попыткам моим одиночества суть развенчать.
В потоках чужих откровений оценки напрасны.
Бесформенный оттиск — тоски вездесущей печать.
Теряется в замыслах стих, как непризнанный гений.
Восторженных возгласов ждать, безусловно, смешно.
И пусть я пройду много раз через призму забвений,
Мне жить в этом мире всевидящим небом дано.

Смесь арабики и робусты,
Рафинад, чтобы вкус был сладкий.
На душе почему-то пусто,
А по сути-то всё в порядке.
С ароматом разлуки кофе.
Снова день тишиной помечен.
Среди мыслей — знакомый профиль,
Предрекающий нашу встречу.
Ты вдруг занял души пространство,
Изменив адреса, маршруты…
Отчего же непостоянство
Забирает у нас минуты?
Пусть бываем мы в чьей-то власти,
В постоянстве находим скуку,
… показать весь текст …

кесарю — кесарево, богу-богово. я у бога прошу немногого.
я у бога прошу немалого — света белого, небывалого. сигарет, лучше ментоловых. каплю мозга в чужие головы. карту рек на моей ладони. откровения на картоне.

Бог, храни меня на кордоне, на пороге и на границе.
я неплохо умею сниться:
дай любимую, веру, друга,
вместе выпутаться из круга,
между ними стоять, любя, — и молиться
не за себя.

моя ненависть в переулке срывает крыши,
едким дымом клубящимся травит весенний воздух, я бесконечно кричу, только ты не слышишь, (ну, а слёзы в глазах моих лишь зажигают звёзды).

моя ненависть разбивает остатки боли
и фонарь, каждый вечер светивший у остановки, я для тебя — переходная точка, что ли? перевалочный пункт для идущих ва-банк с винтовкой?

моя ненависть закрывает ходы и двери,
наши души разбились, а мы, как ни странно, живы. но не странно, что я тебе не научилась верить — потому что учитель ты, мягко сказать, паршивый.

моя ненависть не стихает ни днём, ни ночью, и, конечно, не знает ни жалости, не пощады, ибо нечего было кромсать моё сердце в клочья, ожидая в ответ благодарности и награды.

моя ненависть льётся толчками из слов и взглядов, обагряя асфальт виноградной драконьей кровью. это самый опасный из сотен коварных ядов —

ведь вчера моя ненависть вечной звалась любовью.

ты холоднее льда,
ты как февральский ветер;
я по твоим следам
бреду навстречу смерти, —

прося тебя: не ври
о счастье, свыкшись с горем;
я есть Неронов Рим,
что прахом станет вскоре.

познав никчёмность слов
уже не вскрикнуть «стоп» нам.
калечить — ремесло
и ты в нём бесподобна.
… показать весь текст …

Не будет радуги без молнии и грома,
Садов цветущих без дождей, «как из ведра».
И без чужбины не понять, как сладко дома,
И что сегодня стало лучше без вчера.

И неуместен на богов гневливый ропот,
Лишь потеряв, скорбишь о том, что не сберёг,
Ведь жизни путь поможет выбрать только опыт
Из миллионов перекрёстков и дорог!

Я придумала осенью новую сказку,
Как искала тебя, начиная с весны.
Ты узнаешь мой почерк по пламенным краскам,
По словам, что сияют, как будто огни.

Ты увидишь знакомые сердцу узоры —
Это линии судеб навеки сплелись.
Нежный шорох страниц, узнаешь? — Разговоры,
Те, что душами нашими долго велись.

Ну, а если закончатся осенью листья,
Неизбежно теряясь в сугробах зимы,
То тогда поседевшей от времени кистью
Напишу на снежинках, как дорог мне ты!